ОКР у детей, как помочь?

Конечно, самое тяжелое, когда проблема не у взрослого человека, а у ребенка. Сами мы можем и потерпеть, и взять себя в руки. И подождать приема психолога. А когда мы видим проблему у ребенка, становится страшно. Можно ли как-то помочь?

Да. Помочь можно. Разумеется, нужен опытный специалист для внимательного изучения проблемы. Но кое-что можно сделать самим.

медведьПервая хорошая новость: ваш ребенок здоров. ОКР — способ адаптации к жизни, выбранный тогда, когда другого выбора не было. ОКР — способ коммуникации.Симптомы ОКР развиваются, как и любые адаптационные стратегии, когда других инструментов для выживания не было в наличии.

Адаптационные стратегии — это убеждения, навыки, принятые решения, которые человек принимает, столкнувшись с какой-то проблемой. Например, столкнувшись однажды с чем-то опасным, с собакой, например, и не найдя хорошего способа взаимодействия с ней, человек может выработать убеждение, что с собакой справиться нельзя. Произойдет быстрый выбор внутренней стратегии спасения. Например, фобия собак. Не просто страх, а фобия, на всякий случай, чтоб даже случайно рядом не оказаться. Страх может показаться бессознательным слоям психики — мелкой полумерой. При страхе ведь можно подойти к собаке через страх. А фобия — это надежно. Тут даже к картинке не подойдешь. Ведь при фобии человек может даже от другого человека отходить, если тот скажет слово собака. Или если у ребенка в семье умер кто-то из взрослых, то ребенок может столкнуться с огромным противоречием в жизни. Он, например, думал, что если он будет хорошо себя вести, то все будет хорошо. Он хорошо себя вел и… умер один из самых близких людей! Ребенок. который до этого имел стратегию контроля своего благополучия — положительное поведение, вдруг теряет всякий контроль над жизнью. У него была уверенность, что взрослые все контролируют и защитят его. А оказалось, что нет. У него два выхода и оба ужасны: либо я контролирую мир и тогда я виноват, что что-то упустил, раз близкий умер, либо я не контролирую мир и тогда опасность может появиться откуда угодно, когда угодно и я ничего не смогу сделать, и взрослые тоже! Он мечется в поисках разрешения этого противоречия и может прийти к ощущению спокойствия, например, посредством так называемых «магических» ритуалов: «Если я заправлю кровать таким-то образом, то никто не умрет, а если ошибусь, то умрет какой-то человек». Таким образом человек пытается найти фундамент, когда других выходов он не видит. В этом случае эти размышления не достигают сознания. Все они проходят бессознательно и человек ощущает только конечный итог этих размышлений, сам выбор, саму стратегию защиты.

ОКР как коммуникация.

С точки зрения коммуникационных стратегий человек может использовать симптомы для коммуникации с собой и другими тогда, когда все способы обычной коммуникации уже исчерпаны. Например, человек уверен, что он обязан держать себя в руках всегда. Даже когда все плохо, даже когда требуется помощь, даже когда он переполнен. Это убеждение он может приобрести когда угодно. Почему-то все мы понимаем, когда нам физически плохо — нужно сказать, и у других будет возможность помочь — вылечить орган, который болит.  Когда требуется помощь, скажем, в передвижении огромного старинного шкафа, мы понимаем, что попросить надо. Иначе невозможно. Когда человек переполнен физически, то нужно сходить в туалет. Но почему-то многие думают, что в психическом мире они могут и должны делать вообще все как нужно, а не как заведено в природе. И ребенок (как и многие взрослые) может, столкнувшись с чем-либо, прийти к решению, что чтобы родителям было хорошо, нужно, чтоб он всегда держал себя в руках, не жаловался, не привлекал к себе внимание, отказывал себе в чем-то. До какого-то момента ему это удается. А потом рано или поздно перестает удаваться. И психика предлагает единственный доступный ей на тот момент вариант, который позволяет и сохранить чувство, что да, я следую своему решению, и получить таки возможность просить внимания, отпускать контроль над собой. Внутренняя логика может звучать так: «Я честно стараюсь для родителей, я полностью держу себя во всем. Тут же я чисто физически независимо ни от чего не могу держать себя в руках, и делаю это не по своей воле. А значит, я действительно не виноват, что делаю это. А то, что это приносит мне расслабление и единственную возможность попросить внимания — это побочный эффект, это не я. Я хороший и я их люблю».

Но какой именно механизм функционирования ОКР у каждого человека — можно узнать только… вылечив его.

Как это выглядит в семье?

Бывает, что проблемы вообще у родителей, а не у ребенка. И ОКР является методом помощи ребенка родителям. И тогда работать нужно с их отношениями. Но это сравнительно реже.

У взрослых ОКР часто может быть коммуникацией с самими собой или с другими членами семьи. И превалирует, скорее, коммуникация с собой. Дети чаще выбирают ОКР как коммуникацию с родителями, поэтому родители могут влиять как на развитие проблемы, так и на скорость выхода из нее.

Что же происходит в этом случае? Ребенок делает действия, которые он не контролирует и не может отказаться. Он ощущает негативные чувства от этого или наоборот ритуалы помогают справиться с негативными чувствами и мыслями, которые появляются у него неожиданно. И если ребенок делает какие-то действия несколько раз, и делает иррациональные действия, то родители могут реагировать различным образом и чаще всего это:

  • просьбы прекратить,
  • выражение жалости к малышу,
  • попытки помочь сделать это быстрее,
  • попытки облегчить или организовать пространство так, чтоб было легко делать эти действия,
  • попытки привлечь других детей для помощи ребенку, делающему эти действия.
  • слезы и беседы мужа и жены в виде жалоб и попыток успокоить друг друга,
  • обсуждение с ребенком смысла действий и рациональное переубеждение,
  • согласие на просьбы ребенка, связанные или обоснованные им, как проблемные,
  • изменение отношения к ребенку как к больному (уменьшение претензий к его поведению, увеличение количества поощрений и т.д.),
  • обсуждение его состояния с другими в его присутствии,
  • обращение внимания, если раньше не обращали,
  • отказ от собственных планов, жертвы ради нахождения с ребенком.

Поскольку ОКР у детей чаще всего коммуникационная проблема, то становится очевидным, что если реагировать на проявление симптомов удобным для ребенка образом, то можно практически гарантировать укоренение или развитие симптомов. Большинство из названных видов стратегий поведения — удобны для ребенка. И они закрепляют проблему, потому что психика получает команду из окружающей среды: «Твой выбор стратегии оптимален, мы показываем тебе, что он хороший тем, что даем тебе при его использовании больше хорошего и меньше плохого».

Просьбы прекратить также не только закрепляют симптомы и развивают их. Потому что симптомы нужны ребенку. Он их ощущает, как неконтролируемые. И если кто-то говорит, что это ерунда, то ребенок переживает. Ведь если это правда, а он чувствует иначе, то он лжец, а если неправда и симптомы настоящие, то нужно усилить их и доказать, что я правда не могу их не делать. Кроме того, если он их резко прекратит — это столкнет его с решением внутренней проблемы слишком быстро.

Очень многие люди бросаются сразу выяснять этот «вторичный смысл» симптома, «вторичную выгоду». У детей это сделать легче, чем у взрослых. Дело в том, что симптомы ОКР это очень хороший способ маскировать вторичный смысл, так как они максимально изобретательно запутывают все. И поэтому  они присущи в основном умным людям. У взрослых симптомы чаще всего направлены на коммуникацию с собой и поэтому так все запутывают, что просто невозможно открыть этот смысл сразу. Человеческое бессознательное будет защищаться до последнего .Когда симптом коммуникационный — эту выгоду открыть можно гораздо быстрее. А у детей еще быстрее, так как их уровень развития помогает запутать себя, но не запутать взрослых, которые уже на более высоком уровне развития.

НО открыть быстрее — не означает, открыть сразу. Не означает, открыть сразу правильно. И не означает — открыть людям, входящим в эту самую коммуникацию. Тут поговорка «со стороны виднее» должна постоянно останавливать вас от попытки полагаться на точность своих идей. И это обязательно и для родителей и для психологов. Здесь как нельзя больше подходит выражение: «Чтоб понять чем на самом деле болел человек, нужно его вылечить». А из этого следует, что нужно не выбрать идею вторичной выгоды и бить в эту цель до последнего, даже если ничего не выходит. А пробовать один способ — помогает, видимо, идея верная. Не помогает — второй способ и т.д.

Что же делать родителям?

Если вы пока не работаете с психологом, то вы можете пробовать ряд действий по 2 недели.

И первое, нужно будет понимать, что действия, которые делали взрослые — естественные действия любящих родителей. Просто ОКР — штука, которая питается как раз за счет естественных действий и благодаря им развивается и растет. Если продолжать ее кормить ими — результат вполне ясен и ожидаем. И нужно быть готовым к тому, что при попытке делать описанные ниже действия, вы заметите дискомфорт у малыша. Но это необходимо как заставить выпить горькую таблетку для того, чтоб сбить температуру с 40 градусов на ту, при которой он останется живым.

Ваши действия (начать и делать все время):

  • никогда не говорить о проблеме, ни с ребенком, ни с кем другим в его присутствии. Если ребенок не плачет от страха, то нужно делать вид, что нет «болезни», а действия ребенка замечать, показывать, что да, вы видите, но в его присутствии называть его желаниями, его решениями: «Ой, ты ведь любишь трогать это по нескольку раз»
  • не вовлекать других детей,
  • нельзя показывать разное отношение к проблеме у разных членов семьи. Все члены семьи должны демонстрировать одно мнение.
  • не убеждать ребенка в абсурдности его мыслей и заявлений по поводу проблемы. Если он говорит, что если я это не сделаю, будет плохое, отвечать : «Да, это страшно. Да, это трудно.» И все. Без объяснений. Если ребенок говорит, что не хочет делать, но должен, плачет. Вы с любовью отвечаете: «Да, дорогой, иногда нужно делать то, что не хочется». И все. Без объяснений, но и без отмахивания. Как роботы повторяете все это снова и снова на каждое заявление ребенка,
  • ничего не менять в организации жизни и с любовью говорить: «Что ж жаль, ты не можешь делать этого с нами. Очень жаль.» И делать обычное для вашей жизни действие, несмотря на недовольство ребенка. А делать то, что он просит, только когда он просит это без ссылки на свою проблему, если это возможно.

Варианты стратегий борьбы с самими ритуалами (делать две недели, смотреть на динамику и делать дальше или другое):

  • когда вы видите, что ребенок выполняет ритуал, с любовью, но серьезно скажите ему: » Я вижу, что тебе это необходимо. Это самое важно действие. Ни в коем случае не торопись. Делай это при мне в течение 5ти минут». Если он делает больше 5-ти минут, то вы говорите: «Я вижу, тебе нужно больше времени, ты должен больше тренироваться, потому что твое действие очень важно, поэтому делай это еще 5 минут, а я побуду тут.»
  • когда вы видите, что ребенок выполняет ритуал, то всей семьей встаете и молча с вниманием, интересом, но без жалости, смотрите на это. Но строго каждый раз, когда он делает ритуал, все, кто дома, встают и смотрят на это. (можно наоборот всем садиться и смотреть)
  • когда ребенок просит вас поучаствовать в ритуале, то вы делаете значительную паузу и помогаете не сразу: «Да, сейчас. Я сделаю свое дело и помогу тебе, мой хороший»,
  • когда ребенок просит вас делать что-то регулярно, то вы делает это постоянно с ошибками и часто не делайте совсем, с любовью и юмором объясняя это словами: «Ой, я забыла, что ты так любишь. Сейчас сделаю свое дело и помогу тебе». И идете помогать, но делаете с небольшой ошибкой. Чтоб ему приходилось поправлять вас. А вы снова с небольшим юмором и повседневностью в голосе: «Ой, да, я забыла, что ты любишь, чтоб было именно так». А в следующий раз делает новую ошибку, повторяете старые.
  • упражнение театр. Если ребенок согласен, то вы выбираете одно и то же время каждый день. И просите ребенка с любовью (но не с жалостью)  сделать ритуал в виде игры. Он делает, а вы отвечаете на него так как вы раньше отвечали. Например, он когда он в жизни снимал и надевал одежду несколько раз, то вы говорили: ну, давай уже скорее. То в игре вы так и делаете. Если вы в ответ жалели его, то в игре вы так и стараетесь говорить.  Вы можете делать это с юмором, немного театрально. Если ритуал короткий (постучать 3 раза), то сделайте 2-3 подхода. Если длинный — то 1 раз.

Все действия и стратегии нужно делать с выражением принятия ребенка, любви к нему, добавляя иногда юмор, иногда серьезность. Но не скептически или демонстративно игнорировать ребенка и его проблемы.

А не будет ли ему тяжело?

Разумеется, сначала пробовать эти виды действий вам будем страшно. Потому что они сильно отличаются от того, что кажется разумным, что кажется естественным. Вам кажется, что ребенок будет страдать. Но вы пробовали все, что кажется вам естественным. Однако это не помогло. А также это значит, что вы потакаете не своему ребенку, а болезни. Дискомфортно и страшно будет болезни, а не ему. Здесь нужно выбирать: малая боль ради избавления от большой боли, либо созерцание страданий из-за нежелания сделать укол, потому что укол — это больно.

Когда вы делаете эти действия, то вы работаете на внутреннюю логику психики ребенка. Она начинает сомневаться в действенности выбранной стратегии и начинает выбирать новую. Эти действия помогают не сразу сорвать с ребенка защитный скафандр, а дать ему время на выработку новой более эластичной и удобной одежды.

Конечно, для выработки новой стратегии в жизни может понадобиться помощь. Ваша помощь, помощь психолога. Поэтому не стоит этим пренебрегать. Новая стратегия успешно может сформироваться сама.

Можно отвести ребенка к профессионалу сразу. Может оказаться, что профессионала именно по ОКР рядом нет, но когда благодаря вашим действиям симптомы пойдут на спад, то вы увидите, что ребенок открывает вам свои внутренние вопросы, которые были скрыты под симптомами ОКР, и с этими вопросами может работать специалист по ним, по этим вопросам, а не обязательно специалист по ОКР. Вы можете помочь своему ребенку сами. Иногда эта помощь нужна, чтоб облегчить проблему и найти за это время что-то еще. Иногда ее хватает, чтоб полностью решить проблему. Иногда может не получиться, так как механизмы у каждого человека свои, и бывает, что нужно потратить время на их разгадку и сформировать особые стратегии для этого человека.

Но можно быть спокойным за то, что описанные стратегии сами по себе безопасны. И могут быть бесполезны, так как механизм все же у каждого свой. Но не опасны сами по себе. Вредными эти стратегии могут оказаться лишь также, как могут оказаться вредными безопасные продукты для конкретного человека, у которого на них аллергия. Но это редкость, хотя посматривать нужно.

Удачи вам в помощи своему ребенку.